Выпуск 12

Chris Metzen: Сэм, начнешь?

Samwise Didier: Я надеялся, что ты начнешь.

Chris Metzen: Первым я начну только веселье.

Samwise Didier: [смеется]

Chris Metzen: Вообще-то, я никогда не работал над игрой Warcraft I. Я знаю, что в те времена отдел дизайнеров во главе с Алленом Адамом, Роном Миллером - ребятами вроде них - разрабатывал сценарии для одиночной игры. Общим моментом в них было маленькое королевство под названием Азерот, терпящее вторжение орков из другого мира. В самом деле, все события разворачивались вокруг крохотного Азерота. . Были заметные персонажи, такие как сэр Лотар, король Ллейн, полуорк Гарона, вождь темных орков Чернорук. Написанием этих сценариев занимался, в основном, чувак по имени Билл Роупер . Полагаю, что большинство сюжетных идей было порождено необходимостью сделать игровой процесс цельным. Получается, что игровой дизайн тут был первопричиной, и с помощью сюжета мы попытались плавно соединить уровни.. Так был создан этот чудесный маленький мир, вдохновленный Толкином, но обладавший большим потенциалом для развития и уже имевшей несколько очень колоритных героев.

Samwise Didier: Это было непросто. В то время компания в основном выпускала игры для консолей, и потому мы не должны были выходить за определенные стилистические рамки. В те годы компьютерные игры рисовали в более реалистичном стиле, вот и мы старались тогда придерживаться этой тенденции. В видеороликах видно, что персонажи не обладают таким супергеройским телосложением и не выглядят столько фэнтезийно, как сейчас. Забавно оглянуться и вспомнить, каким в давние времена был художественный дизайн, и как он изменился всего за несколько месяцев работы над игрой Warcraft II.

Chris Metzen: Помню, что мы были одержимы идеей довести до совершенства все аспекты Warcraft I. Хотели нарисовать арт в два раза круче, сделать армии в два раза больше, а сюжет – в два раза глубже. Хотели во много раз увеличить размер игрового мира и вывести его за границы прежнего маленького королевства. Помню, мы очень быстро выпустили игру: на работу ушло всего 10-11 месяцев для работы над Warcraft II. Просто смешной срок...

Samwise Didier: Старые добрые времена. [смеется]

Chris Metzen: ...Особенно, если подумать, что теперь у нас на работу над игрой уходит по десять лет?

Chris Metzen: Когда, помню, мы начали работать над продолжением первой игры, замыслы в нас так и бурлили: «Что, если мы сделаем огров, троллей, дворфов и эльфов и как следует расширим игровой мир?» И многие из тех идей мы воплощали в игре, переводя их на новый «художественный язык», о котором уже говорил Сэмми. Так появились, например, идеальные пропорции героев и более яркая цветовая гамма. Думаю, команда разработчиков сплотилась и обрела свое видение именно во время работы над Warcraft II. Именно энергичность команды помогла выпустить игру так быстро. Вот что я помню о том времени. Было ощущение творческого подъема, дым стоял коромыслом! Все, кто участвовал в создании игры, были охвачены азартом. Все отдавали себя работе без остатка: и гейм-дизайнеры, и сценаристы, и звуковики погружались в детали и придумывали милые маленькие мелочи вроде фраз, которые бросают «закликанные» персонажи, мы выражали себя в игре Мне казалось, мы слишком концентрируемся на деталях, но именно это внимание к мелочам и стало позже визитной карточкой Blizzard. Возможно, в Warcraft II это еще только закладывалось и не было заметно выражено, но в более поздних играх четко прослеживается это отношение: мы с любовью продумываем каждый камешек на дороге. В общем, в те дни каждый из нас источал потоки творческой энергии?

Samwise Didier: Угу, и тогда наша команда была совсем небольшой. Мы примеряли на себя по несколько специальностей: бывало, художники придумывали фразы для героев, а программисты вносили предложения по художественному стилю. Во время работы мы очень тесно общались. Каждый видел, кто чем занят, и мы продолжили работать в том же духе. Команда была не так напряжена, как во время работы над первым проектом. Мы уже выпустили одну игру в классическом фэнтезийном стиле. Теперь же мы разрабатывали проект с чертами более современной фэнтези, без налета европейского средневековья. Там были драконы, эльфы, дворфы, орки-чернокнижники... Мы вроде как расчищали себе простор для действий, так что теперь в Warcraft мы можем делать все, что угодно. А тогда мы рассуждали так: ага, имееются эльфы и орки. Как их можно изменить, чтобы они отличались от обычных эльфов и орков? Так мы начали экспериментировать с художественным стилем.

Chris Metzen: Искали способ выражения себя, да?

Samwise Didier: Ага.

Chris Metzen: Причем во всем: и в программировании, и художественном стиле, и в дизайне. Казалось, что мы сдаем выпускной экзамен?

Samwise Didier: Думаю, каждый из нас привнес в игру что-то из своего опыта прохождения Dungeons & Dragons...

Chris Metzen: [смеется] Ага, это точно.

Samwise Didier: ..."Ты знаешь моего персонажа, вот ему бы эта штука подошла...» [смеется] Типа того...

Rob Pardo: [голос сзади] Келтор Разрушитель! [смеется]

Rob Pardo: Ой, ну не помню.

Samwise Didier: : Ну, я думаю, в художественном отделе было человек 12-13, ну 14, да?

Chris Metzen: Думаю... во время работы над Warcraft II... примерно 35-40...

Samwise Didier: : Да-а.

Chris Metzen: ...Во всей компании на момент выхода игры.

Chris Metzen: Нет, не могу вспомнить...

Chris Metzen: ...Словом, совсем немного.

Chris Metzen: Да. Забавно, что хотя это тогда не являлось моей работой, но в период между Warcraft I и Wacraft II я часто подавал идеи о дальнейшей судьбе королевств, рас и так далее. Не помню, что я делал во время работы над дополнением Beyond the Dark Portal. Мы занимались разными удивительными проектами. Помню Bloodlines и...

Samwise Didier: Еще, кажется, Justice League Task Force?

Chris Metzen: Это раньше было.

Samwise Didier: А, окей. [смеется]

Chris Metzen: Примерно в это же время мы с Ником возились с Bloodlines, или что это там было. Мы работали над огромным количеством проектов, которые так и не увидели свет. А когда появилась Saffire, все эти проекты перешли к ней. Сердце разрывалось, когда я видел, как очередное мое детище переходит в чужие руки. Не нравилось мне, когда другие занимались моими проектами, но так уж приходилось работать.

Samwise Didier: Ага, делиться не любишь. [смеется]

Chris Metzen: Да! Никогда не делитесь с другими ничем хорошим.

Rob Pardo: Ничего, со временем он смягчился.

Samwise Didier: Разве что немного...

[Все смеются]

Chris Metzen: На самом деле ближе к середине работы над проектом этот вопрос был довольно важным. Мы не раз думали тогда, а готовы ли мы, команда разработчиков, к тому, что наших «детей» будут «растить» посторонние люди? Команда Saffire состояла из отличных, увлеченных свои делом людей, но в итоге нас не отпускало невыносимо тоскливое ощущение, что в работу вмешаться уже нельзя. Так что несмотря на то, что какая-то часть этого прошлого вернулась, я хорошо запомнил тот урок. Я сказал: «Знаете, хватит. Я хочу, чтобы детишки росли дома. [смеется] Мы будем их холить и лелеять. Так что давайте планировать все заранее и стараться предусмотреть, чем все может закончиться». Такова мораль этой истории, и я, конечно, не хочу сказать ничего плохого о компании Saffire. Это была великолепная команда. Но в то время наш стиль работы только определялся, и лишь спустя годы мы поняли, что для собственного спокойствия и из любви к нашим проектам разрабатывать их следует самим.

Rob Pardo: Думаю, мы это уяснили во время работы над Brood War.

Chris Metzen: И сделали правильные выводы.

Samwise Didier: Мы поняли, что работать с такими маньяками, как мы, непросто...

Chris Metzen: Да, мы такие.

Samwise Didier: ...так что мы дали себе некоторую поблажку!

[смеется]

Rob Pardo: И решили быть маньяками только в своем узком кругу.

Samwise Didier: Да!

Chris Metzen: Точно-точно.

[долго смеются]

Samwise Didier: Это было легко. Пожалуй, особенно задачу упрощала появившаяся возможность быстро повторять математические операции. Для увеличения чего-либо достаточно было изменить масштаб. Если нужно было что-то уменьшить... (хотя такого никогда не случалось) [смеется] опять же могло помочь масштабирование. Можно было легко добавить 20 шипов, так же легко убрать их, и все это не требовало такой тонкой настройки, как в прошлых играх. Нам приходилось уменьшать количество полигонов, и мы уменьшали их раз 16-17. Это был редкостный геморрой, но в остальном новые возможности позволяли делать совершенно сумасшедшие вещи. Мы были в восторге. Это была игра, в которой мы действительно смогли полностью показать наш стиль. Нарисовали наконец свои супергеройские пропорции и приятную динамику движений. Эта игра действительно помогла нам определиться, чего мы хотим. По крайней мере, от Warcraft.

Samwise Didier: Мурлоки – это извращенная модель вурдалака. Скажите спасибо Роману!

Chris Metzen: Ага.

Samwise Didier: Ну, вообще-то он просто взял уже готовую модель вурдалака, покрасил в другой цвет, приделал некое подобие кривого кухонного ножа и сделал лицо похожим на морду лягушки. В WoW эти существа стали ближе к рыбам по внешности, но изначально они задумывались похожими на жаб.

Chris Metzen: Угу.

Samwise Didier: Да не на баб, а на жаб.

Chris Metzen: Жабы, жабы...

Rob Pardo: TНо на самом деле мурлок стал мурлоком лишь после того, как у него появилась озвучка в World of Warcraft.

Все: Точно.

Rob Pardo: Ведь в Warcraft III они не были особо заметны – ну так, очередной моб.

Samwise Didier: Именно это я и хотел сказать. Только с выходом WoW они обрели характерные черты.

Chris Metzen: Да, верно.

Rob Pardo: Да, верно.

Chris Metzen: Именно – они хотели старые голоса. [смеется]

Rob Pardo: Ну вот, мы пошли им навстречу и вернули все, как было. Так мурлоки стали легендой.

Rob Pardo: Так, я сразу хочу вмешаться, пока Крис не начал свое эпическое повествование...

Chris Metzen: [смеется]

Rob Pardo: Я просто хочу рассказать один эпизод – вы ведь и не знаете, наверное, что в Reign of Chaos в прохождении за ночных эльфов было еще одно задание после седьмого. Ну, вы помните эту часть, где надо было продержаться 45 минут – да многие знают, конечно, о чем я говорю, там еще надо было защитить Джайну, затем Тралла, а потом базу ночных эльфов.

Samwise Didier: Ну не рассказывай ты, не интересно играть будет!

[смеется]

Rob Pardo: Ага, тем, кто не играл семь лет назад. Но после этого уровня, на самом деле, был еще один, прохождение которого занимало почти два часа. И чем дольше мы играли, тем яснее становилось, что это задание отнимает буквально все силы – сидишь потом с побелевшими от напряжения костяшками пальцев, и пот стекает по лбу. Мы действительно не хотели, чтобы последний уровень превратился в такое испытание, поэтому убрали его из игры и сделали седьмой уровень прохождения за ночных эльфов последним.

Chris Metzen: Не могу поверить, что ты в этом признался. Что теперь творится в мире?

Rob Pardo: [смеется]

Samwise Didier: Я уж молчу про мастера клинков. [смеется]

Chris Metzen: Бесконечен список твоих прегрешений.

Rob Pardo: Ну все, хватит. Давайте про сюжет Frozen Throne...

Samwise Didier: Да, ты как раз начинал говорить про то, какой Артас клевый.

Chris Metzen: Именно. Но для начала, вернемся к заданному вопросу. Честно говоря, я точно не помню, когда мы полностью придумали весь сюжет. Кажется, для всех нас уже прошла целая вечность. Я помню только, что это было потрясающе: еще бы, выпуск нового дополнения – увлекательный процесс, потому что мы работаем с учетом прежних ошибок. Мы уже знали, как работать с теми или иными инструментами, с дизайном, как сделать игровой процесс увлекательным, начинали чувствовать, когда диалоги становились слишком длинными, и все такое. Все то, чему научились в процессе разработки, мы готовились применить на практике в дополнении. Мы были полны сил, у нас было множество идей касательно Frozen Throne, продолжения истории Артаса. Вся история Короля-лича начинала обретать форму. Эпизоды с ночными эльфами и Пылающим легионом нашли свое достойное завершение, и теперь перед нами стояла нелегкая задача – понять, как будет развиваться запутанный сюжет с Королем-личом и проклятием Артаса, куда он нас заведет. В общем, все смотрелось довольно органично, и мы оставили несколько лазеек, чтобы вернуть игроков к этому сюжету – например, задание Иллидана остановить воцарение Короля-лича. Мы оставили несколько таких зацепок, которые могли всплыть гораздо позже, но к тому времени, как мы вплотную занялись разработкой World of Warcraf, стало понятно, что пройдут долгие годы до того момента, как мы снова вспомним о Короле-личе. Я вам вот что скажу – недавно заходил в отдел разработки World of Warcraft, и дизайнеры показали мне модель Ледяного трона, на котором сидит Король-лич. Я был потрясен! Я не видел в WoW ничего подобного. Ни фига себе, сказал я себе –простите за каламбур. Семь лет прошло, представляете? Ну, или где-то так, не помню точно, но я правда в полном восторге. История продолжается и все еще привлекает игроков, и потому мне кажется, что мы придумали что-то действительно хорошее, раз это так притягивает людей. Так здорово видеть, как все это напряжение переносится на сцену WoW, и в этом обновлении наступит конец Короля-лича, завершение истории. Правда, мы не предполагали, что наши идеи окажутся настолько пропитанными энергией, которая будет побуждать работать с ними снова и снова. Здорово.

Samwise Didier: Хочешь сказать, вы это не планировали?

Chris Metzen: Именно. [смеется]

Rob Pardo: Ну, мне кажется, что это некоторым образом соотносится с тем, что Крис говорил ранее – про Warcraft III и Frozen Throne, что мы имели возможность вложить в игру больше ролевой механики, и мы придумали основных героев, которые помогли создать всех остальных персонажей, и сюжеты, которые было невозможно реализовать в StarCraft. То есть у нас была основная сюжетная линия, которой мы придерживались, но вдобавок к ней существовали Вариматас и Сильвана, Майев и Иллидан, и поверьте, их истории еще не были рассказаны до конца. Подумайте только, вы ведь еще не все знаете про Тиранду и Малфуриона…Так много эпизодов, которые мы даже...

Samwise Didier: Да взять хотя бы Рексара.

Chris Metzen: Точно.

Rob Pardo: Да! Рексар, он так много сделал в Warcraft III, и мы практически совсем забыли о нем в World of Warcraft.

Samwise Didier: ...А пандарены!

Chris Metzen: В общем, вас ждет еще много интересного, а нас – увлекательная работа над такими сюжетами. Кажется, работа над Warcraft III то ли была в самом разгаре, то ли уже завершалась… точно, во время работы над Frozen Throne мы уже трудились над WoW. И в то же самое время мы думали над одиночной кампанией Warcraft III. Думаю, у нас всегда было чувство, что события будут пересекаться и выходить на новый уровень в World of Warcraft. И хотя мы всегда держали в голове долгосрочный план разработки World of Warcraft и представляли, сколько дополнений собираемся выпустить, в оригинальной серии игр все еще остаются эпизоды, ждущие своего часа в WoW. Было здорово разрабатывать эти игры параллельно и наблюдать, как некоторые сюжеты обретают логическое завершение.

Samwise Didier: Пожалуй, самое лучшее в Warcraft это то, что здесь любой может найдет себе что-то по вкусу. Хотите ружья? Пожалуйста, вот они. Хотите пришельцев с другой планеты? Готово. Перемещающиеся в пространстве крепости? Получите.

Chris Metzen: [смеется] Вот-вот!

Samwise Didier: Оборотни? Теперь есть и оборотни. Отлично.

Rob Pardo: Панды.

Samwise Didier: Как, разве они уже есть в WoW? Это же будет в патче 201732 с половиной.

Rob Pardo: Он сказал, в Warcraft, а не World of Warcraft.

Samwise Didier: А вообще, рисовать для Warcraft – одно удовольствие. Представляете, если кто-то скажет: «Эй, я хочу нарисовать вот это и совместить вот с этим!», ему ответят: «Давай-давай». Скорее всего, получится прекрасно, программисты сделают нового монстра-убийцу, а Метцен придумает ему легенду.

Chris Metzen: Какую-нибудь.

Samwise Didier: Я в тебя верю. [смеется]

Samwise Didier: Не вопрос, обращайтесь!

Rob Pardo: Спасибо!

Chris Metzen: Удачи в игре!

Tom Chilton: Ну, это действительно была неукротимая сила, как вы и сказали. А для такой силы не существует преград, к чему бы она ни тяготела, в том числе и к ММО.

J. Allen Brack: Я думаю, причина здесь скорее в том, что это был совершенный мир с продуманным сюжетом и богатой историей. Мы уже шутили насчет World of StarCraft, да и другие о нем говорили. Ведь и этот мир обладает богатой историей, так что вполне можно представить себе и такую ММО. Правда, над этим мы сейчас не работаем.

Jeffrey Kaplan: Пожалуй, то множество игр, в которые я играл, позволило мне получить представление о том, что нравится хардкорным игрокам и чем их можно привлечь. Ведь могло бы получиться так, что я предложил бы своим друзьям поиграть со мной, а они ответили бы: «Парень, да ты с ума сошел. Я никогда не буду в такое играть». Я также понял, почему не все люди играют в те игры, которые я знал и любил, а ведь я был очень хардкорным игроком. Так что могу сказать, в Warcraft меня привлек великолепный мир. Я помню, как когда-то на страницах интернет-журналов появились первые наброски историй о Бранне и эскизы того, что стало в итоге Тернистой долиной, еще до выхода World of Warcraft, и все внимание было приковано к этим рисункам, запоминающимся и ярким. Она подстегивали воображение, заставляя думать, какой будет эта игра. А затем вышел Warcraft III, и мы впервые увидели, как все это выглядит в 3D. Вы могли максимально приблизить или отдалить камеру. Настоящий поклонник RTS не смог бы пропустить такую игру.

Jeffrey Kaplan: Я вот совершенно помешан на ММО и всегда максимально приближаю камеру.

Jeffrey Kaplan: «Смотри, они разрушают мою базу, но как же это красиво! Вот бы оказаться там!»

Jeffrey Kaplan: Вот примерно таким WoW и стал.

J. Allen Brack: Я пришел в Blizzard из другой компании, тоже занимающейся играми. На самом деле, совсем недавно исполнилось 15 лет, как я работаю в игровой индустрии, и я всегда был большим поклонником игр Blizzard, еще с самого первого Warcraft. Я много играл в Warcraft по модему. Так же много – и в Warcraft II. В общем, я столько лет играл в игры Blizzard, что возможность работать над World of Warcraft оказалась просто сбывшейся мечтой. Это поистине работа моей мечты.

Tom Chilton: Я тоже играл по модему в Warcraft I. Хорошее было время. [смется]

All: Ага, да.

Jeffrey Kaplan: Пожалуй, основная часть игры не изменилась. Приведу несколько примеров. Мы хотели сделать так, чтобы достичь максимального уровня было возможно в одиночку. Вы могли вообще всегда играть соло. Мы считали, что объединение игроков в группы, конечно, хорошая вещь, но к этому определенно не следует принуждать. Думаю, этой концепции мы придерживались всегда. Мы еще хотели сделать так, чтобы выполнение заданий было основной и самой интересной частью игры. Этой идеи мы тоже всегда строго придерживались. Да, мы хотели создать и продуманную систему PvP, и сложную систему PvE с трудными подземельями и рейдами, и все это сейчас есть в игре. И я считаю, что различные второстепенные аспекты эволюционировали сильнее всего. Возможно, также результатом этой эволюции является и то, что мы стараемся сейчас дать возможность участвовать игрокам в PvP и PvE на любом уровне подготовки, вовлекая в эти виды деятельности больше участников.

Tom Chilton: Да, полностью соглашусь с этим. Также значительно изменилась концепция того, чем можно заниматься после достижения максимального уровня. Так что в своем становлении и развитии мы придерживаемся старых добрых истин и помним, что некоторые вещи легко понять, да нелегко освоить.

Jeffrey Kaplan: Ну, объединение игроков в группы всегда поддерживалось и поощрялось нами всеми возможными способами, но мы никогда никому не навязывали какой-то свой вариант игры. Очень многие относятся настороженно к взаимодействию с совершенно незнакомыми им людьми. Они попадают в игровой мир и оказываются совершенно поражены тем, что здесь то, что доставляет им столько неудобств в реальной жизни, происходит легко и просто. Таким образом, мы хотели, чтобы игровой мир был гостеприимен, а игроки могли бы заниматься интересными для них вещами без необходимости постоянно общаться с другими игроками и отправлять сообщения в разные каналы просто ради процесса. И мы знали, что если уж вводим то, что должно выполняться именно в группе, то это должно быть настолько продуманным и хорошо вознаграждаемым, что игроки, чуть адаптировавшись, сами это оценят.

Jeffrey Kaplan: У каждого есть спутник-пингвин.

J. Allen Brack: Разумеется.

Tom Chilton: Да. [смеется] Яркие костюмы клоунов.

J. Allen Brack: Хочешь рассказать историю про Адама, ту, что случилась после Е3? По-моему, отличная история.

Jeffrey Kaplan: О да! Так вот, когда WoW еще только-только готовился к выпуску, мы решили поехать на Е3. Мы ехали туда впервые, и вся команда разработчиков находилась в нервном и одновременно возбужденном состоянии. Вы впервые представляете публике что-то и очень надеетесь на то, что вас примут, на хорошие отзывы. Мы приняли участие в Е3, и игрой заинтересовались, но в то время были игры, о которых действительно много говорили и писали. Одной из них была, например, Star Wars Galaxies, у них был прекрасный видеоролик, и они стали лучшими на выставке. Затем у нас была такая встреча всей команды, где мы обсуждали увиденное на Е3, и оказалось, что многие из нас упали духом. Они говорили: «Слушайте, ну как мы сможем соперничать с Star Wars? Мы же все выросли на Star Wars, да еще и Everquest II вот-вот выйдет, а кроме них и огромное количество других игр». А Аллен Адам, один из основателей Blizzard и в то время главный дизайнер проекта, встал перед всей командой и сказал: «Ребята, у этой игры будет миллион подписчиков». У нас словно перехватило дыхание, ведь большая часть команды считала, что если у нас будет хоть пара сотен тысяч подписчиков, это уже будет означать невероятный успех. И в то время для ММО это действительно было так.

Jeffrey Kaplan: Да. Момент был действительно необыкновенный. Фактически руководитель нашей компании и главный дизайнер встал перед командой разработчиков, каждый из которых в глубине души хотел бы поверить в его слова, в то, что эта игра действительно настолько хороша, что может получить миллион подписчиков. Он говорил с нами искренне, но после того, как Аллен вышел из комнаты, все словно взорвалось: «Он что, сошел с ума?! Миллион? Как же это так получится?»

Jeffrey Kaplan: Да, и я думаю, это многое позволяет понять об Аллене: то, что он предсказал тогда, что будет через пять лет, и может быть, даже больше, чем через пять лет. Он оказался прав тогда, и оказывался прав еще много раз в дальнейшем. У него действительно было правильное видение того, что нужно делать и куда это приведет.

Tom Chilton: Ну, будут новые злодеи, коротые заслуживают смерти. Да, вернется Смертокрыл, один из основных персонажей в предыдущих играх Warcraft. Итак, Смертокрыл вернется, да и многие другие персонажи из прошлого будут ждать игроков, к примеру, в Азшаре. Тем не менее, осталось немало персонажей из Warcraft, с которыми еще можно работать, и кроме того, мы постоянно создаем новых. Мы не привязаны к Warcraft I, II, и III в плане создания основных героев. Мы развиваем историю дальше и представляем ее вам. Можете посмотреть, допустим, на Тириона Фордринга: пример персонажа, который, конечно, не является каким-то особенным злодеем или чем-то вроде того, однако это персонаж, чья история создана именно в World of Warcraft.

Jeffrey Kaplan: Ониксия, Нефариан, К’Тун.

спасибо: Спасибо!